Занимательная физика в вопросах и ответах. 
Сайт Елькина Виктора.
(Заслуженный учитель РФ. Учитель-методист.)       
Занимательная  физика   Биофизика   А знаете ли Вы?   Астрономия   Физика в походе   Физика и техника
  Физика и медицина    Физика  и  поэзия  Народная  мудрость  Занимательные опыты 
 Радиотехника для всех    Необычные явления   Форум   Бочка Паскаля   Оптика
Старинные  задачи   Сообразилки   Шаровая молния

Бенджамин Франклин (1706–1790). 

«Бенджамин Франклин — единствен­ный президент Соединенных Штатов Америки, который им никогда не был», — пошутил однажды один из биографов «основателей» государства. Но этот мастер дипломатии и искусства компромиссов не мог войти в историю лишь как политик. Франклин был слишком амбициозен и талантлив, что­бы ограничиться деятельностью, которая — а он знал это лучше других — далеко не всегда могла принести плоды.

 Бенджамин Франклин

    Родился в г. Филадельфии (США). Работал в США (Пенсильванский университет), Великобритании, Франции. Государственный и политический деятель, изобретатель и первый американский физик. Исследовал электричество, изобрел плоский конденсатор, молниеотвод, экономную печь («печь Франклина»), своими экспериментами в 1752 г. установил электрическую природу молнии.

Бенджамин вместе с сыном Уильямом экспериментируют с воздушным змеем, доказывая, что молния — это электричество.

 

   Он давно подозревал, что молния — это всего лишь электрический раз ряд, а вовсе не знамение Божие. Так, в июне 1752 года Франклин провел свой знаменитый эксперимент с воздушным змеем, который, правда, лишь по счастливой случайности не лишил его жизни. Во время грозы он привязал к мокрой от дождя веревке железный ключ и запустил змея в воздух. Молния мгновенно сожгла веревку, вокруг ключа сверкали искры. Франклин получил подтверждение своей гипотезы: молния — это электричество. Однажды увлекательные опыты с электричеством снова едва не лишили его жизни, когда со свойственной ему склонностью к остроумным решениям Бенджамин попытался умертвить индюшку с помощью электрического разряда.

Детство

    Бесформенные свечные огарки плавились и шипели, но едва различимый мутный свет в течение всей ночи не мешал мальчику с легким шорохом перелистывать страницы очередной толстой книги. Бракованные свечи он выпрашивал у отца, занимавшего­ся производством их и мыла. Отец, проснувшись на рассвете и глядя на мальчика, всякий раз пытался вспомнить: когда же его младший сын научился читать? Кажется, словно он родился с книгой в руках. Джошуа Фрэнклин, пуритэнин, чтобы избежать религиозных гонений, приехал в Бостон из Англии в 1682-м. Бен родился в 17D6 году, всего в семье было семнадцать детей. В восемь лет отец отправил его в среднюю школу, он мечтал, что мальчик сделает карьеру священнослужителя, избавив себя от тяжелого и изнурительного физического труда. Но даже те скромные пожертвования, которые полагалось отдавать за учебу, были Джошуа не по карману. Поэтому уже в десять лет Бену пришлось варить мыло и плавить воск для свечей в мастерской отца. Отдушиной служили книги: Джошуа в Бостоне уважали за честность, образованность и строгие моральные принципы, и его знакомые никогда не отказывались одолжить его сыну книги из скудных домашних библиотек, вывезенных еще из Англии и бережно хранимых. А еще Бен любил океан.   

     Он рано научился плавать, часто удил рыбу с ровесниками. Родители боялись, что сын подастся в моряки [один из их сыновей уже успел исчезнуть, избрав этот путь], к тому же он не упускал случая продемонстрировать отцу свою ненависть к мыловарению. Однажды мальчик подговорил своих друзей ночью соорудить из камней (рядом на берегу строился каменный дом) маленький причал, чтобы было удобнее рыбачить. На следующий день пропажу камней обнаружили, и отец подверг сына экзекуции, несмотря на вполне веские аргументы мальчика о безусловной пользе рыболовецкого причала. «Все то, что безнравственно, не может быть полезно», — таков был вердикт отца. Но Джошуа пришлось поступиться принципами и отдать Бена в подмастерья к старшему из сыновей, печатнику Джеймсу, недавно вернувшемуся из Англии с закупленным там типографским оборудованием, хотя двум представителям семьи не полагалось заниматься одной профессией. Помимо изучения типографского дела Бен пристрастился к написанию баллад. Они так хорошо раскупались, что брат заказывал их ему одну за другой. Однако и здесь вмешательство отца [в по­следний раз) возымело свое действие: «Все поэты рано или поздно становятся нищими или бродягами». Тем не менее тщеславие юноши был о удовлетворено. Когда брат начал издавать и печатать свою газету The New England Courant, 16-летний Бен по ночам (он знал, что ни отец, ни брат не позволят ему стать ее автором] сочинял письма от имени некой вдовушки Сэй-ленс Догуд и по утрам просовывал их под дверь типографии брата. Письма эти (всего он сочинил 16 штук], в которых содержалась едкая сатира на общественные нравы, облеченная в рассуждения немолодой женщины о своей жизни, вызвали восторгу читателей. Брат был доволен успехами анонимного сочинителя, но когда Бен, не удержавшись, признался в своем авторстве, пришел в ярость. Джеймс выгнал Бена из типографии, преподав ему отличный урок: не стоит поощрять свое самолюбие столь открыто. Отец в этот конфликт не вмешался. Оставаться дальше в Бостоне не было смысла. И Бен задумал побег — по тем временам это равнялось преступлению, в основном в бега подавались провинившиеся слуги, рабы или уголовники. Собрав немного денег, он сел на корабль, который доставил его в Нью-Йорк, а через несколько недель на утлом суденышке Бен добрался до Филадельфии.

    Голодный, оборванный и мокрый от постоянного пребывания на палубе во время шторма, он шел по главной улице города Маркет-стрит. Поравнявшись с булочной и выудив из кармана последний трех-пенсовик, попросил хлеба. Булочник, к восторгу Франклина, протянул ему три огромных пышных рогалика — таких в Бостоне не выпекали. Засунув два под мышку, он на ходу жевал третий, шагая по улице. Тогда-то его и увидела впервые будущая жена Дебора Рид, которая вышла погреться на солнце у входа в свой дом. Высокий, широкоплечий, крепкого телосложения, с проницательными серыми глазами, Франклин не был красавцем, но обладал притягательной для женщин мужественной привлекательностью. Судьба приведет Бена в дом семьи Рида в качестве постояльца, но это будет после того, как он найдет работу в одной из двух печатных мастерских Филадельфии — города, несравнимого по уровню своего развития с провинциальным и сонным Бостоном.

 ВЫНУЖДЕННОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ

   Слухи о способностях, отличном знании печатного дела и образованности молодого человека (в городе было мало людей, у которых тот не одалживал бы книг для чтения) достигли губернатора Пенсильвании сэра Уильяма Кейта. И вот однажды губернатор зашел прямо в мастерскую и позвал Франклина. Вежливо, но достаточно громко высказал ему комплименты, пожурил за то, что тот сам не явился к нему для беседы и, наконец, позвал с собой в таверну «попробовать отличной мадеры». Оставив хозяина с открытым от изумления ртом, они ушли. За бутылкой дорого вина губернатор предложил Бенджамину свое, как выразились бы сейчас, спонсорство. Пообещал снабдить Франклина деньгами, рекомендательными письмами и отправил в Англию для закупки печатного оборудования, чтобы по возвращении тот мог открыть свою собственную типографию и получать заказы от правительств английской (губернаторы колоний назначались в Англии) и местной ассамблей. Наступил день отплытия корабля, но писем и денег юноша так и не дождался. Когда корабль уже прибыл в Англию, Бенджамин упросил капитана открыть для него специальный мешок с губернаторской почтой (но ничего там для себя не обнаружил) и опросил всех встречавших корабль в английском порту, не ждут ли они посланца губернатора. Но его никто не ждал...

 Ж. "ВОКРУГ   СВЕТА"   •   АПРЕЛЬ  2006 Стр.195-196.

назад

Rambler's Top100

печать типография, типография Москвы
Hosted by uCoz